Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Виген Прозоров
Сообщения: 6
Зарегистрирован: 15 июн 2015, 17:20

Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Сообщение Виген Прозоров » 15 июн 2015, 17:29

"Мы шли вперёд: кто с автоматом,
кто с винтовкой
Земля гудела от разрыва мин
И падали, сраженные солдаты под Ерзовкой
Средь балок, впадин и равнин..."
(ветеран 623 СП 231-й СД Иван Павлович Панарин
г. Березники)


В 1990 г. мне, в то время студенту истфака Калужского пединститута, удалось побывать в архиве музея-панорамы "Сталинградская битва" г. Волгограда и ознакомится там с очерком о боевом пути 231СД написанным по поручению Совета ветеранов 231СД - Н.Н.Терентьевым.
Мой поход в архив музея был связан с поисками сведений о месте захоронения моего дедушки - Назарбекова Вигена Захаровича воевавшего в составе 623 СП 231-й СД и погибшего в ходе Сталинградской битвы.
Благодаря помощи старшего научного сотрудника музея-панорамы "Сталинградская битва" Льва Яковлевича Ларина я получил возможность ознакомиться с этим очерком и с удивлением узнал о том, что полк в котором служил мой дед Виген Захарович Назарбеков, отец моей мамы
(http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=52300.0)
проходил на передовую через с. Оленье откуда родом был другой мой дед - Виктор Фёдорович Прозоров, отец моего папы
(http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=52433.0).
В это же время в деревне находился мой отец которому в ту пору было всего 2 года от роду. И наконец свой первый бой мой дед Виген и его боевые товарищи принимали в окопах которые вместе с другими местными жителями рыли - моя бабушка Мария (жена деда Виктора) со своими сёстрами Антониной, Анастасией и Евгенией...
Вот так причудливо в 1942г. впервые переплелись судьбы моих родных.

Позже были поиски сведений в военкоматах, архиве.
Также мне удалось списаться с ветеранами 231 -й СД, а одного живущего в пос. Песчанка, пригороде Волгограда и навестить.
Вот тогда-то наша семья и получила машинописный вариант данного очерка в качестве подарка от Совета ветеранов 231-й стрелковой дивизии который мы представляем вашему вниманию.

Поиски на просторах интернета показали, что данный очерк нигде никогда не выкладывался.
Один из вариантов данного очерка находится в фондах музея-панорамы "Сталинградская битва".

В тексте данного очерка сохранена авторская орфография. Очерк перепечатали, сноски на опубликованные мемуары привели так, как их привел автор.

Наиболее полно материалы о 231-й СД (в т.ч. данная тема) представлены на форуме поисковых движений:
http://forum.patriotcenter.ru/index.php?board=1239.0
Последний раз редактировалось Виген Прозоров 15 июн 2015, 17:40, всего редактировалось 1 раз.

Виген Прозоров
Сообщения: 6
Зарегистрирован: 15 июн 2015, 17:20

Re: Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Сообщение Виген Прозоров » 15 июн 2015, 17:30

Совет ветеранов 231-й стрелковой дивизии

По поручению Совета ветеранов
231-й стрелковой дивизии
Николай Николаевич Терентьев (начальник штаба 423 отд. Истребительно-противотанкового дивизиона, скончался в Перми в 1986 г.)


БОЕВОЙ ПУТЬ 231-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ
(из воспоминаний ветеранов)



Пермь - 1978



ВВЕДЕНИЕ

Данный очерк не претендует на военно-историческое исследование и написан не для печати, а исключительно для служебных целей. Он представляет собой воспоминания ветеранов дивизии о боевом пути соединения, сражавшегося за Сталинград. Воспоминания, собранные Советом ветеранов 231-й стрелковой дивизии, относятся к событиям сорокадвухлетней давности. Во многом эти события лишились четких очертаний. Забыты многие фамилии, даты, названия боевых рубежей и т.п. Утеряны фронтовые письма, а дневники никто из оставшихся в живых в то время не вел. Все пришлось восстанавливать по памяти, опираясь на то небольшое число дат и фамилий, забыть которые невозможно. Проверен весь тот материал, который может быть проверен в наших условиях, т.е. без наличия архивов. Однако, многие даты, имена, названия, последовательность событий, из привязки в пространстве и во времени требуют проверки по архивным документам.
В настоящее время и ближайшее время никто из ветеранов дивизии, по различным и очень серьёзным причинам, не имеет возможности съездить в государственные архивы для серьёзной научной работы над темой. Возможно, в будущем возникнет потребность написать научную работу о малоизвестных страницах военной истории великой битвы за Сталинград и более обстоятельно показать боевой путь 231-й стрелковой дивизии.
Не имея возможности работать над архивным материалом, мы ставили перед собой посильную задачу: собрать воспоминания ветеранов и на их основе показать боевой путь дивизии хотя бы в весьма общих чертах, показать, как люди нашего поколения защищали социалистический строй в великой битве на Волге. Никто из нас не пишет военно-исторических трудов или диссертаций. Нам важно, чтобы в интересах Военно-патриотического воспитания нового поколения людей, выросших после войны, девиз «Никто не забыт и ничто не забыто» был реальностью. Мы считаем обязанностью и священным долгом перед товарищами, не вернувшимися с поля брани, перед их детьми и родственниками рассказать о боевом пути пермской дивизии, участвовавшей в «сражении века», пожившем коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны.
Для любой науки, в том числе и исторической, важна, прежде всего, правильная постановка вопроса.
Сталинградской битве посвящена довольно обширная литература военно-исторического характера. Отражена ли боевая деятельность 231-й СД в этих трудах?
В монографии «Великая победа на Волге», написанной коллективом авторов под редакцией Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского, изданной военным издательством Министерства Обороны СССР, М., 1965, номер 231 СД встречается в единственном месте на странице 155 в связи со сражением войск Сталинградского фронта севернее Сталинграда. На этой странице в сноске под цифрой 3 перечисляются номера всех соединений, в том числе 231 СД, входивших в состав 66-й Армии. Других сведений о 231 СД в монографии нет. Номер дивизии отсутствует в приложении к монографии «Альбом схем».
Читателю, знакомящемуся с указанным военно-историческим исследованием, не трудно понять, почему 231 СД, участвовавшая в великом сражении за Сталинград, оказалась вне поля зрения исследователей. Во-первых, как и другие соединения 66-й Армии, 231 СД вела бои не на основном направлении битвы. Основным направлением были бои непосредственно за город. Эти бои описаны и проанализированы детально. В тексте и на схемах указаны номера не только армий, но и соединений и даже частей. Вспомогательное направление было нецелесообразно детализировать, и оно описывается кратко.
Во-вторых, 231 СД участвовала в боях всего два месяца /сентябрь и октябрь/ и в начале ноября была расформирована. Следовательно, она принимала участие как самостоятельная боевая единица лишь на стадии оборонительного сражения Сталинградской битвы. В контрнаступлении принимали участие остатки нашей дивизии, переданные в состав 116 СД. Поэтому во второй части монографии, посвященной контрнаступлению советских войск под Сталинградом, и соответственно в альбоме схем 231 СД вообще не упоминается. Не каждый читатель знает, что остатки её частей сражались под флагом 116 СД. Дивизия подобно падающей звездочке сверкнула в небе войны, оставив в памяти очевидцев свой яркий светящийся путь.
Наиболее полные сведения о 231 СД содержатся в кратком военно-историческом очерке о боевом пути 5-й Гвардейской Армии /бывшей 66-й Армии/ «От Волги до Эльбы и Праги», написанном группой авторов и изданным Ордена Трудового Красного Знамени военным издательством Обороны Союза ССР, М., 1970. В главе I-й, посвященной участию 66-й Армии в Сталинградском сражении, в шести случаях упоминается 231 СД / см. 15, 16, 18, 19, 22, 28/.
На основе архивных материалов авторы очерка написали нужный и ценный научный труд об истории соединения, сыгравшего видную роль в Великой Отечественной войне. Именно в составе этого соединения начала и закончила свой боевой путь 231 СД. Авторы очерка естественно уделили внимание каждому соединению, сражавшемуся в 66-й Армии за Сталинград. Поэтому сведения о 231 СД отрывочны и носят характер отдельных фрагментов боевого пути пермской дивизии. Очерку присущи достоинства и недостатки, которые неизбежны для любого кратного изложения. Так, например, последнее упоминание о 231 СД содержатся на стр.28 в связи с участием дивизии в октябрьской наступательной операции66-й Армии. А в дальнейшем изложении номер 231 СД исчезает со страниц повествования. Кратное изложение предоставляет читателям возможность гадать, куда же исчезло целое соединение из состава армии. О факте расформирования дивизии в начале ноября 1942 года в очерке не упоминается ни одной фразой. Об этом факте было известно до создания Совета ветеранов 231 СД тем немногим ветеранам дивизии, которые остались живы, пройдя через огненные годы войны.
В военно – мемуарной литературе сведения о 231 СД тоже очень скудные. Только в военных мемуарах Маршала Советского Союза дважды Героя Советского Союза И.И. Якубовского в книге «Земля в огне», изданной Ордена Трудового Красного Знамени военным издательством Министерства Обороны СССР, М., 1975, на стр. 89, описывается эпизод 231 СД и 91-й танковой бригады в наступательной операции у разъезда Конный в последней декаде октября 1942г. В то время И.И. Якубовский был командиром 91-й танковой бригады.
Мало известно о 231 СД и на её родине – в Пермской области. Только в мемориальных надписях у дома офицеров в Перми, увековечивших память о соединениях, сформированных в годы войны на территории области, можно найти номер231 СД. Но где она сражалась, какой вклад внесла в общее дело победы, общественность знает мало.
В Перми написано и издано немало литературы об участии уральцев в Великой Отечественной войне. Например, публикация И.А. Кондаурова «Ратный подвиг коммунистов Прикамья. 1941 – 1945»/ Пермь, книжное издательство, 1970/ и «Боевая доблесть коммунистов и комсомольцев Урала. 1941 – 1945 гг.»/ Пермь, книжное издательство, 1975/.
Досадно, что в этих изданиях ошибочно утверждается будто бы кроме 252 СД других «западноуральских соединений в городе и на подступах к нему не было»/ имеется в виду г. Сталинград/.
Не трудно доказать автору ошибочность его вывода. Для этого достаточно ознакомиться со списками соединений и частей, утвержденных Генеральным Штабом Вооруженных Сил СССР, личный состав которых подлежит награждению медалью «За оборону Сталинграда». В этот список включена 231 СД. Сложнее убедить общественность, что существовало такое западноуральское соединение, которое защищало Сталинград с величайшим мужеством и самоотверженностью. Книга о боевой доблести коммунистов и комсомольцев Урала выпущена массовым тиражом в 6 тысяч экземпляров, рекомендована как пособие пропагандистам, агитаторам, преподавателям и студентам вузов по проблемам Великой Отечественной войны. Ошибка автора размножена многократно в ходе пропагандистской работы. Необходимо исправить ошибочное положение.
При организации Совета ветеранов 231 СД очень трудными оказались поиски ветеранов и материалов о дивизии. Совет ветеранов 5- Гвардейской Армии на запрос ответил, что «какими-либо архивными данными ... в настоящее время не располагает».
На запрос в Волгоградский государственный музей обороны был получен ответ, что в его фондах «...о 231 СД никаких документов нет...». Но музей дал нить для поиска ветеранов, порекомендовав две фамилии участников боев за Сталинград. В местных краеведческих музеях Перми и Кунгура о 231 СД никаких сведений тоже не нашлось. Таким образом, 231 стрелковая дивизия оказалась забытым соединением.
Год тому назад – 28 октября 1978 года был образован Совет ветеранов 231 СД. Инициатором создания и его активным организатором в настоящее время явился И.М. Златкин. Через местную печать Совет обратился к населению области с призывом: « Откликнитесь ветераны 231 СД». В Совет стали поступать отклики на призыв, воспоминания ветеранов о боевом прошлом. Писали не только воины дивизии, но и их дети, вдовы погибших, родственники.
Священна память советского народа о защитниках Родины в огненные годы Великой Отечественной войны. До сих пор она крепко хранится в сердцах ветеранов, родных и близких воинов дивизии. Совет решил передать собранные фотографии и те немногие документы военных лет в музеи. В этих целях было решено написать небольшую историческую справку о боевом пути 231 СД, которая, не претендуя на полноту и всестороннее изложение, давала бы вполне правдивое представление о ратных делах воинов – западноуральской дивизии в битве за Сталинград.

Виген Прозоров
Сообщения: 6
Зарегистрирован: 15 июн 2015, 17:20

Re: Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Сообщение Виген Прозоров » 15 июн 2015, 17:30

I. ФОРМИРОВАНИЕ ДИВИЗИИ

Формирование 231 СД по характеру решаемых задач и по месту дислокации делится на два периода: начальный период, когда решалась задача – на базе людских ресурсов Западного Урала укомплектовать личный состав частей соединения и начать их сплочение в воинские коллективы; второй период, который начался в Приволжском округе в районе Саратова и имел задачу – вооружить дивизию материальными средствами борьбы и завершить сплачивание частей соединения в боевые воинские коллективы, способные умело владеть оружием в ходе вооруженной борьбы против фашистской армии.
Начальный период формирования дивизии проходил в Пермской области. Штаб дивизии размещался в г. Кунгуре, а полки дивизии и другие части дислоцировались в окрестностях Кунгура, в сельской местности. Три стрелковых полка были размещены: 607 СП в селе Мохове, 623 СП в деревне Жилино и 639 СП в Кыласово. 1041 размещался в д. Шадейка, саперный батальон в деревне у разъезда Курашимский, 423 отдельный истребительно-противотанковый дивизион в пригородных деревнях Болотово и Мерино и 283 медико-санитарный батальон в г. Кунгуре.
Местные органы власти проявили большую заботу о формировавшемся соединении, выделив в самом Кунгуре и в сельских населенных пунктах лучшие помещения для штабов нашей дивизии. Казарменных помещений в местах дислокации частей не существовало, так как в довоенное время войск там не было. Поэтому для сержантского и рядового состава были построены большие землянки на 100-150 человек. Офицерский состав разместился на временное жительство в частных домах. Таким образом, были созданы удовлетворительные условия для работы и военной учебы.
В начале 1942 г. в дивизию стали поступать из всех районов и городов Пермской области и Коми-пермяцкого национального округа партии мобилизованных и добровольцев. Приезжали рабочие леспромхозов из северных районов области, труженики полей и сельская интеллигенция из Кишертского, Добрянского, Осинского и других районов. Из Перми и других промышленных городов области приехали служить в дивизии рабочие, инженерно-технические работники, студенты и просто вчерашние школьники, а также многочисленные представители интеллигенции.
В ряды дивизии пришел служить Плужник Д. Г. – известный всей стране актер, снимавшийся в фильме «Вратарь» в главной роли Антона Кандидова. Особенно внушительным был контингент мобилизованных за самого г. Кунгура и его окрестных сел.
Разнообразен был возрастной состав формирующейся дивизии. Преобладала безусая молодежь 1923 года рождения. Этим молодым ребятам едва исполнилось 18-19 лет. Их самостоятельная жизнь только начиналась с военной службы. Вся их биография умещалась в нескольких строчках тетрадного листа, и жизненный опыт был незначительным. Одновременно призывались люди старших возрастов, годившиеся в отцы молодым новобранцам. Был ряд случаев, когда в дивизию призывались сыновья вместе с отцами. Отец и сын, например, были одновременно призваны и вместе служили в 423 истребительно-противотанковом дивизионе. Разведчик 623 СП И.А. Пустобаев 1923 г. рождения был призван и служил в дивизии со своим отцом А.В. Пустобаевым 1902 г.р. В медико-санитарных подразделениях было много добровольцев из числа девушек и молодых женщин. Они все горели желанием встать на защиту Родины от ненавистного врага. Женщины преимущественно направлялись на формирование 283 медсанбата.
С учетом гражданской специальности и практического опыта работы мобилизованных формировались все части дивизии. Инженерно-технические работники направлялись в саперный батальон и в подразделения тех частей, где требовались опыт и технические знания.
Артиллерийские части укомплектовывались людьми, имеющими определенный уровень общего и специального образования не ниже начальной школы. Наиболее грамотных и подготовленных людей из числа коммунистов и комсомольцев направляли в полковые школы для подготовки сержантского состава в стрелковые и артиллерийские части дивизии.
Командный и политический состав офицеров формировался из разнообразных источников. Большая часть офицеров командного профиля поступила из частей офицерского резерва, из военных училищ и из запаса. Кадровыми офицерами был укомплектован штаб дивизии. На должность командира дивизии был назначен полковник Рухленко. В августе 1942 г. он был заменен полковником Одарюком Г.Е. Начальником штаба дивизии был подполковник Докалин. К сожалению, не сохранились их фамилии и имена. Совет ветеранов 231 СД располагает фотографией начальника штаба артиллерии дивизии, но никто не может вспомнить его фамилии.
На командные и штабные должности в полках и других частях дивизии были назначены опытные, инициативные офицеры. Некоторая, но сравнительно немногочисленная часть офицеров имела опыт боев с фашистскими захватчиками, имела ранения и, после выписки из госпиталя, попала в части дивизии. Например, командир противотанкового дивизиона военный инженер второго ранга Северов был кадровым офицером и накануне войны проходил службу в пограничном Белорусском военном округе. Ему пришлось пережить окружение и разгром фашистскими частями части, в которой он служил. Собрав группу бойцов и командиров, он вывел ее из окружения, разгромив по пути немецко-фашистскую противотанковую часть. Бойцы его группы освоили трофейную технику и пробились к своим, используя при прорыве через линию фронта трофеи.
Фронтовой опыт имел командир батареи этого же дивизиона лейтенант Иванов, погибший в первые дни боев под Ерзовкой. Сражались с фашистскими захватчиками и другие фронтовики-офицеры, пришедшие в дивизию. Но в целом, прослойка фронтовиков в общем коллективе дивизии была незначительная.
В частях дивизии встречались и такие ветераны Советской Армии как Турбасов К. А. 1900 года рождения, коммунист, кадровый командир Красной Армии, участник Гражданской войны, служивший в войсках Блюхера в 1918-19120 гг. Он был назначен начальником штаба полка по строевой части, позднее командиром 24-ого учебного батальона .
На командные должности были призваны участники Гражданской войны, прошедшие школу боев с белогвардейщиной, сражавшиеся с контрреволюционными бандами в отрядах ЧОНа. Таким офицером, например, был Златкин М.В ., командовавший взводом 1-ого батальона 623 СП .
Но самую многочисленную группу на должностях командиров взводов, рот и батарей составляли выпускники военных училищ. Многие получили назначение в дивизию после окончания военно-учебных заведений по сокращенной программе. Эта многочисленная категория командиров не имела боевого прошлого, а знания и облученность армейским порядкам ограничивалась у них непродолжительным сроком учебы в военных училищах.
Политсостав соединения по уровню профессиональной подготовки, по источникам формирования был не менее разнообразным. Ведущее место в дивизии занимала сравнительно небольшая часть политработников, имеющих за плечами знания и опыт службы в кадровых частях в мирное и военное время. Офицеры из этой группы назначались на ведущие штатные должности политорганов дивизии. Комиссаром дивизии был опытный кадровый политработник старший батальонный комиссар Аторин, а его заместителем был батальонный комиссар Николаев. В аппарате политотдела работали выпускники военно-политических училищ, присланные в дивизию после окончания учебы. Например, Гостюхин Петр Анатольевич был направлен в формировавшуюся 231 СД после окончания военно-политического училища в г. Свердловске. Выпускники военно-политических училищ работали комиссарами в ротах и батареях.
Наиболее многочисленная группа политработников дивизии была призвана по партийной мобилизации из Пермской областной партийной организации. В большинстве это были партийные и советские работники из запаса. Они проходили сборы в войсках, но работали в народном хозяйстве, имели жизненный опыт, опыт партийной и пропагандистской работы. Их основным недостатком являлось сравнительно слабое знание военного дела. Но зато эти политработники обладали главным качеством: беззаветной преданностью советскому строю, умением организовывать и поднимать массы на борьбу за идеалы партии и возглавлять ее. По данным областного партийного архива за годы Великой Отечественной Войны Пермская областная партийная организация провела 16 партийно-комсомольских мобилизаций и послала на фронт около 21 тысячи коммунистов или более половины своего состава . Для местных военных органов и органов Советской власти трудности в формировании дивизии были обусловлены тем, что на территории области одновременно формировались несколько соединений. Укомплектование каждого соединения требовало притока большой массы людей из народного хозяйства в армию, притока, исчисляемого четырехзначными цифрами. Взрослых мужчин на рабочих местах заменяли женщины и подростки, а также люди пенсионного возраста. Они внесли свой вклад во всенародное дело борьбы с фашизмом.
Обком партии рекомендовал лучших коммунистов на должности комиссаров в воинские части и подразделения. В годы войны среди трудящихся Пермской области было распространено патриотическое движение добровольного вступления в ряды армии. В первых рядах этого движения были коммунисты и комсомольцы. Много добровольцев встало и под знамя 231 СД. Они героически сражались на фронте.
По социальному составу коллектив дивизии был из жителей сельской местности, из среды колхозного крестьянства. Военнослужащие из рабочих по численности занимали второе место. В такой промышленной области как Пермская, местные органы власти и партийные органы не могли разрешить рабочим, даже из числа добровольцев, свободно уходить на фронт, оголяя рабочие места на предприятиях, переведенных на выпуск военной продукции. Не всегда и не сразу можно было заменить работников высокой квалификации мало подготовленными в профессиональном отношении подростками и женщинами. Поэтому к работникам физического труда и интеллигенции был строго индивидуальный подход при решении вопроса о службе в армии.
В первой половине июня проблема комплектования дивизии в соответствии со штатом была, в основном, решена. Успешное решение этой первоочередной и труднейшей задачи рождения нового соединения было обеспечено непосредственным участием с разносторонней помощью, оказанной областной парторганизацией, местными советами и комсомолом всем военным органам от Уральского военного округа до местных райвоенкоматов, занимавшихся вопросами мобилизации людских ресурсов западного Урала. Трудящиеся Пермской области проявили патриотизм и высокую гражданскую сознательность в выполнении священного долга по вооруженной защите Родины.
Офицеры и политработники дивизии приложили все знания и умения, чтобы сколотить за пять месяцев из вчерашних рабочих, крестьян и интеллигентов слаженный, дисциплинированный воинский коллектив, который следовало вооружить для борьбы с врагом.
С первых дней формирования дивизии командиры и штабы частей организовывали плановую учебу личного состава. Изучались уставы и наставления. Широко пропагандировался опыт войны с фашистскими захватчиками. Фронтовики привлекались к занятиям по подготовке рядового и сержантского состава. Уделялось большое внимание строевой подготовке, караульной службе, тактическим приемам боя. Была налажена штабами частей командирская учеба офицеров. Дивизия готовила кадры младшего командного состава различных специальностей: стрелков, артиллеристов и т. д. Учеба велась по заранее разработанным программам, которые были дифференцированы по специальности и должности. Сержантский состав получал большой объем знаний и командных навыков по сравнению с рядовыми солдатами. В стрелковых частях, например, среди рядового состава большое внимание уделялось подразделениям пешей разведки. Их учили умению читать топографические карты, пользоваться компасом, ориентироваться на местности по звездам, прививали умение и навыки рукопашного и штыкового боя, умение окапываться, организовывать стремительные марш-броски и т.п. учеба проводилась под руководством офицеров и кадровых младших командиров. В 607 СП учебу с разведчиками вели кадровые сержанты-фронтовики Власенко, Максема и Зимин. Учеба проводилась по принципу: учись тому, что требуется на фронте.
В июне были организованы дивизионные тактические учения. Они представляли собой смотр готовности частей, подводили итоги учебы и завершились парадом.
Одновременно с боевой учебой политорганами дивизии, офицерами и штабами всех частей уделялось повседневное внимание постановке и организации партийно-политической работы с личным составом. Политотдел возглавлял и направлял работу комиссаров частей, партийных и комсомольских организаций на решение разнообразных и многочисленных задач, связанных с формированием дивизии. В частях и подразделениях в короткий срок возникли партийные и комсомольские организации, сложился партийно-комсомольский актив. Была развернута целеустремленная работа по росту партийных и комсомольских рядов.
Партийно-политическая работа строилась в органической взаимосвязи с решением назревших задач по боевой и политической подготовке личного состава, по налаживанию уставного порядка и воинской дисциплины в ротах и батареях.
Политработники вместе с командирами вникали во все стороны боевой учебы, чутко прислушивались к бытовым и культурным запросам воинов, подхватывали и распространяли лучший боевой опыт, воспитывали воинов в духе беззаветной преданности Родине, верности воинскому долгу. Они разъясняли воинам вопросы внутренней и международной политики Советского государства, помогали командному составу непосредственно на местах принципиально решать многочисленные организационные задачи. Партийно-политическая работа строилась разнообразно на основе широкого использования различных форм, проводилась в любых условиях и в любой обстановке. Благодаря продуманной и хорошо организованной партийно-политической работе сложился высокий морально-боевой дух солдат и офицеров.
В середине июня 1942 года началась передислокация дивизии в Приволжский военный округ. К местам погрузки в эшелоны полки и батальоны дивизии шли колоннами. Это были уже обученные воинские части, спаянные воинской дисциплиной. Они твердо печатали шаг по булыжной мостовой, дружно подхватывали слова песен ротных запевал. Настроение у всех было приподнятое, торжественное. Для многих сотен солдат и офицеров это был последний путь по родным местам, последние песни любимому краю.
К началу третьей декады июня дивизия передислоцировалась в район г. Саратова. Она вошла в состав 6-ой резервной армии, которая формировалась в Саратовской области по приказу Ставки Верховного Главнокомандования. Партийные и местные органы Советской власти гостеприимно встретили уральцев, оказали им внимание и разностороннюю помощь в решении многих проблем, связанных с устройством на новом месте. Штаб дивизии и некоторые части разместились в селе Пристанное, а остальные были расквартированы в соседних населенных пунктах или просто в полевых условиях.
В частях снова возобновились плановые занятия. В июле месяце в дивизию стало поступать стрелковое и артиллерийское вооружение. Началась завершающая стадия боевой учебы. Перед личным составом дивизии во весь рост в качестве первоочередной задачи встала задача освоения оружия и боевой техники в сжатые сроки. Нужно было за короткое время изучить оружие, научиться мастерски владеть им в боевых условиях.
Обстановка на советско-германском фронте властно требовала скорейшего завершения формирования дивизии. Оправившись от поражения в зимней кампании 1941 – 1942 гг. фашистское командование начало наступление на юге. Вскоре это наступление привело к захвату врагом ряда промышленных центров и значительной территории, к захвату стратегической инициативы. Ударная группировка противника, главные силы которой составляли 6-ая армия и 4-ая танковая армия, быстро продвигалась из района Курска через Воронеж на Сталинград. Советские войска с тяжелыми оборонительными боями отходили к Дону. В сводках появилось Сталинградское направление. 12 июля 1942 г. был образован Сталинградский фронт, который 5 августа был разделен на два фронта: Сталинградский и Юго-восточный.
Немецкая авиация совершала налеты преимущественно в ночное время на Саратов. Солдаты и офицеры 231 дивизии слышали гул вражеских самолетов, отдаленные взрывы бомб, стрельбу зенитных орудий ПВО, видели яркие вспышки разрывов зенитных снарядов в ночном небе. Саратов становился прифронтовым городом.
В конце мая 1942 г. фашистские самолеты разбомбили Саратовский шарикоподшипниковый завод № 3. С прибытием дивизии в район Саратова командование 8-ой резервной армии и местные органы власти поручили саперному батальону дивизии восстановить ее в десятидневный срок. Батальону дополнительно придали 800 человек из близко расположенных частей, так как объем ремонтно-восстановительных работ был весьма обширный. Командовал батальоном инженер – капитан Лошкарев Д. Н., комиссаром батальона был Быков И. И. Командный состав батальона, сформированный из числа инженеров и техников, работающих в промышленности, спланировал и квалифицированно руководил всеми работами. Посланцы Западного Урала горячо взялись за порученное дело. Они продуманно организовали восстановительные работы и соревнование, встали на круглосуточную рабочую вахту, выполнив приказ – задание досрочно за восемь суток. На заводе состоялся митинг, посвященный этому событию. Командование Приволжского военного округа поощрило личный состав батальона благодарностью, выделило для уральцев новое обмундирование и обувь. Администрация завода наградила офицеров, сержантский состав и солдат подарками. Командиру и комиссару батальона в качестве памятных подарков были вручены карманные часы ЗИМ.
Расположение противотанкового дивизиона, дислоцированного на берегу Волги в районе совхоза Зональный, подвергалось по ночам бандитским обстрелам диверсантов. Приходилось поднимать личный состав дивизиона по боевой тревоге и прочесывать окрестности. Овраги, заросшие непролазным кустарником, поля люцерны были хорошим укрытием для диверсантов, и облавы без собак результатов не давали.
Оружие и техника продолжали поступать в дивизию. Мало поступало стрелкового автоматического оружия. Стрелковые части вооружались винтовками и почти не получали автоматов. В некоторых частях дивизии существовал недокомплект штатного стрелкового оружия . Наиболее сложным было поступление в артиллерийские части дивизиона автотранспортных средств. Пушки из арсеналов прибывали в дивизионы без тягачей.
Боевая учеба в это время шла с предельным напряжением. Помимо дневных организовывались и ночные занятия. Отрабатывались тактические приемы ночного боя. К сожалению, учебный процесс строился без учета степного театра боевых действий, хотя фронт проходил по соседству с Саратовской областью в степных районах. В боевой подготовке недостаточно учитывался фронтовой опыт фортификационных работы. У большинства офицеров этот опыт отсутствовал. Учили подчиненных и сами учились устаревшей очаговой обороне. Вместо траншей и ходов сообщений в батальонном районе обороны сооружали стрелковые окопы на каждое отделение. Маскировка различных укрытий для личного состава, вооружения и боеприпасов проводилась с использованием таких материалов (кустарника, веток деревьев и пр.), которых не оказалось во фронтовых условиях в безлесных, голых степях.
Упущения в боевой подготовке проявились наглядно в ходе тактических учений, на которых в инспекторских целях присутствовал маршал К.Е. Ворошилов. После учения он выступил перед личным составом соединения с речью и подчеркнул, что «враг стоит у стен Сталинграда. Сталин сидит у прямого провода и ждет результатов от вашей дивизии» . Комдив Рухленко был отстранен от командования дивизией, а на его место назначен полковник Одарюк Г.Е. Бывший комиссар саперного батальона И. И. Быков утверждает, что комдива сняли за то, что личный состав плохо зарывался в землю, не умел грамотно строить оборонительные сооружения.
Учения проводились накануне выезда на фронт. Учеба до конца не была доведена. Помешали события на Сталинградском фронте. Стрелки не побывали на стрельбищах и не получили практических навыков стрельбы из личного оружия. Артиллеристы ждали боевых стрельб на полигонах, которые тоже не состоялись. После двух месяцев пребывания в 8-ой резервной армии 231 СД, в основном сформированная и вооруженная, отбыла на Сталинградский фронт.
Последний раз редактировалось Виген Прозоров 03 май 2016, 17:20, всего редактировалось 1 раз.

Виген Прозоров
Сообщения: 6
Зарегистрирован: 15 июн 2015, 17:20

Re: Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Сообщение Виген Прозоров » 15 июн 2015, 17:31

II. БОЕВАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СОЕДИНЕНИЯ

Появление 231СД и других соединений 66-й армии на Сталинградском фронте было обусловлено сложившейся во второй половине августа 1942 г. фронтовой обстановкой. Битва за Сталинград началась 17 июля 1942 г. на дальних подступах к городу, на рубежах по речке Чир. После ожесточенных месячных боев ударная группировка врага вышла к р. Дон. 62-ая армия под давлением превосходящих вражеских сил вынуждена была 14 августа отойти на восточный берег р. Дон, где проходил внешний оборонительный обвод. Фашистское командование 19 августа 1942 г. нанесло два одновременных удара по сходящимся направлениям в слабое место обороны на стыке 62-ой и 4-ой танковой армий силами 6-ой армии из района Трехостровский на Вертячий и 4-й танковой армии из района Абгонерово на Сталинград. В ходе трехдневных наступательных боев противник форсировал Дон, прорвал нашу оборону и к исходу 23 августа 1942 г. вышел к Волге в районе Рынок на северных окраинах Сталинграда.
Возникла реальная угроза захвата врагом города с хода. Были предприняты срочные меры для обороны города, выдвинуты резервы и отряды народного ополчения. С севера нанесла контрудар группа генерал-майора Коваленко силами четырех стрелковых дивизий и трех танковых корпусов во фланг прорвавшейся группировке. Принятые меры заставили фашистское командование ослабить силу удара на Сталинград, повернуть большую часть сил прорвавшейся группировки фронтом на север. К 28 августа наступление врага было остановлено.
Спустя двое суток после прорыва к северным окраинам Сталинграда фашистских войск в составе 16-ой танковой дивизии и 3-й моторизованной дивизии противника 25 августа 1942 г. 231 СД была поднята по тревоге и получила приказ следовать к северным окраинам Сталинграда. Начало боевой деятельности дивизии положил приказ на марш к фронтовым рубежам. Относительно точной даты выступления соединения на фронт в воспоминаниях ветеранов существует большой разнобой. Эту дату удалось восстановить по фронтовому письму одного из ветеранов дивизии. Дату прибытия на передовую пришлось восстанавливать расчетным способом.
25 августа 1942 г. личный состав дивизии был поднят по боевой тревоге. Частям дивизии предстояло преодолеть, используя различные виды транспорта, расстояние более 180 км от села Пристанное (ниже г. Саратова 11 километров по Волге) до г. Камышина. От Камышина части дивизии должны были следовать дальше более 90 км до Дубовки. Дубовка была пунктом сосредоточения всей дивизии. От Дубовки до передовой оставался один переход в пешем строю, т.е. чуть более 20 км. Таким образом, протяженность маршрута составляла около 300 км. Все пути, включая Волгу, подвергались воздействию вражеской авиации. Фашистские самолеты бомбили и обстреливали все виды транспорта и колонны войск в прифронтовом районе и особенно интенсивно в радиусе 100 км. от фронта. Они минировали фарватер, стремясь сорвать перевозку резервов и военных грузов по Волге в сторону Сталинграда.
Личный состав стрелковых и артиллерийских частей получил на руки боевые патроны, ручные гранаты, противогазы, каски и другое вооружение. Марш организовывался в большой спешке, когда некоторые части еще недополучили положенные по штату материальные средства борьбы. Так, например, 423 отдельный истребительный противотанковый дивизион к моменту выступления не имел тягачей к орудиям. Он был вынужден перевозить пушки и орудийные расчеты на машинах, принадлежавших транспортной части армии. Машины были получены дивизионом в пути, на марше. По словам ветеранов не хватало на всех штатного стрелкового оружия, ощущался недокомплект в боеприпасах и других средствах. Эта нехватка свидетельствует о том, что оборонная промышленность работала на нужды фронта с огромным напряжением и еще не успевала полностью удовлетворять растущие потребности фронта.
От г. Саратова до Камышина стрелковые полки и другие части дивизии плыли на пароходах и баржах. Противотанковый дивизион продвигался автономно на машинах по шоссе вдоль Волги. Погрузка на пароходы производилась ночью под покровом темноты. Солдаты и офицеры дивизии напряженно вглядывались в небо над Волгой, ожидая нападения фашистских стервятников. В большинстве случаев пароходы благополучно дошли до Камышина, но на рассвете при выгрузке были атакованы. «Пароход еще не причалил, - вспоминает бывший разведчик 607 СП П.А. Ефименко, - а наш взвод был уже на берегу и устремился к месту сосредоточения за город, а за спиной рвались бомбы, горел пароход. » Дальше двигались своим ходом, скрыто, по ночам, форсированным маршем. Разведчики шли впереди, обшаривая овраги и перелески – не затаился ли где враг. При подходе к Сталинграду имевшиеся у бойцов личные документы были сожжены, а красноармейские книжки изъяты .
Путь от Камышина до Дубовки протяженностью более 90 км был пройден частями дивизии в пешем строю. Мы не имеем точных сведений о времени, которое потребовалось частям для того, чтобы преодолеть это расстояние. Переход совершался в темное время суток, преимущественно по ночам. Солдаты шли с полной боевой выкладкой и их суточный переход должен составлять 25-30 км. Следовательно, на отрезок пути от Камышина до Дубовки (3 – 4,5 перехода) должно быть потрачено 3-4 суток. Выйдя из Камышина с 26 на 27 августа 1942 г. походные колонны должны были прибыть в Дубовку – район сосредоточения 29 или 30 августа. Туда же к этому сроку должен был прибыть 423 ОИПАД, который от Камышина продолжал самостоятельно совершать марш до Дубовки. В пункт сосредоточения должны были прибыть и тыловые части дивизии. Но они сильно отстали в пути от главных сил и опаздывали в район сосредоточения.
От Дубовки до Ерзовки, где проходила линия фронта, оставалось чуть более 20 км., которые колонна дивизии должна была покрыть за один ночной переход, не дожидаясь подхода тыловых подразделений. 283 медсанбат дивизии практически закончил марш и развертывался в районе Дубовки с тем, чтобы в короткий срок быть готовым к принятию раненых. Собранная в единый кулак, дивизия на последнем переходе форсированным маршем в ночь с 30 или 31 августа 1942 г. вышла на первый боевой рубеж. Этим рубежом стали южные окраины Ерзовки.
Последний переход потребовал огромного мужества и предельного физического напряжения от солдат, командиров и политработников всех степеней. Измотанные многодневным маршем, до предела нагруженные оружием и боеприпасами, солдаты стрелковых частей на кратковременных привалах сворачивали с полотна дороги и в изнеможении ложились на землю. У сильно ослабевших солдат более сильные товарищи брали оружие и помогали его нести. В отдельных случаях они поддерживали уставших. Преодолевая последние километры. Ночь была лунной. Луна большую часть пути освещала степь и дорогу. При подходе к Ерзовке горизонт на юге озарялся багровыми отблесками вспышек, слышался отдаленный гул артиллерийской стрельбы и взрывов. В походных колоннах резко сократились разговоры, ускорился темп марша, все напряженно всматривались в отблеск вспышек на горизонте и вслушивались в какофонию боя.
На рассвете части дивизии развернулись южнее Ерзовки. При подходе к переднему краю они были обстреляны вражеской артиллерией. Без передышки полки вступили в бой, производя одновременно смену частей, державших оборону до прихода нашей дивизии по фронту от берега Волги и западнее шоссе Сталинград – Камышин.
Из всех соединений 8-й резервной армии, вероятно, 231 СД была первым соединением, вышедшим на боевой рубеж. Мы говорим об этом предположительно, так как в историческом очерке «От Волги до Эльбы и Праги» о боевом пути 5-ой гвардейской армии не приводятся конкретные данные о времени занятия боевых рубежей другими соединениями армии. На первый взгляд этот вопрос может показаться мелким, если его рассматривать в отрыве от той обстановки, которая сложилась в самом Сталинграде. После прорыва немецко-фашистской группировки войск к Волге 23 августа 1942 г. создалась реальная угроза захвата города врагом. Войска, защищавшие Сталинград, вынуждены были отходить на новые позиции, производить перегруппировку под вражеским нажимом, а для прикрытия города с севера мобилизовать все резервы, включая рабочих промышленных предприятий. В таких условиях скорейшее сосредоточение войск и ввод их в сражение за Сталинград имели большое значение. Об этом говорит маршал В. И. Чуйков в известной книге «Сражение века». Он дает объективную и высокую оценку соединениям 66-ой армии (образованной из 8-ой резервной армии) в критические моменты сражения за Сталинград. В такой обстановке имело определенный смысл и значение время занятия боевых рубежей каждой дивизией 66-й армии и немедленное оказание помощи войскам, защищавшим город на Волге.
Очень многое забылось за прошедшие 36 лет с момента боев, многие события мы не знали, или знал их узкий круг людей, которых уже нет в живых. Эти события перепутались в пространстве и во времени, стали безымянными, то есть забылись фамилии и имена тех людей, с кем они были связаны.
Из исторического очерка о 5-й гвардейской армии многие из нас впервые узнали, что по решению Ставки Верховного Главнокомандующего 8-я резервная армия 24 августа 1942г. была преобразована в 66-ю армию, включавшую пять стрелковых дивизий – 49, 207, 292, 299 и 316. В состав вновь образованного объединения 231 СД Ставкой была включена. Спустя пять суток в приказе командующего 66-й армии Р.Я. Малиновского «О формировании 66-й армии и ее составе» дается измененный состав. В этом приказе от 29 августа из перечня стреловых дивизий, включенных первоначально, остались 49, 299 и 316 СД. Две дивизии 207 и 292 были исключены, но зато причислены три новых дивизии: 120, 99 и 231 СД. Если обратить внимание на дату приказа, то становиться очевидным, что 231 СД была на завершающем этапе марша и в это время своими передовыми частями вступила уже в район Дубовки - пункт сосредоточения .
Указанный состав 66-й армии повторяется и в военно-историческом исследовании группы авторов под ред. К.К. Рокоссовского («Великая победа на Волге». /МО СССР М.: Воениздат, 1965). На странице 155 в сноске перечисляются: 229, 190, 231, 49, 99 СД и 246, 148, 10, 69 ТБР .
Вероятно, авторы взяли состав 66-й армии в окончательном варианте из упомянутого приказа Р.Я. Малиновского, оставив в стороне первоначальный состав 66-й армии, данный Ставкой 24 августа 1942 года.
29 августа 1942 года 66-я армия была включена в состав Сталинградского фронта, и в этот же день ее войска получили задачу на сосредоточение в районе Дубовки .
С окончание марша 231 СД заняла отведенный ей участок, который обороняли с 25 августа части 64-й СД, входившей в 1-ю гвардейскую армию. С прибытием 66-й армии 64 СД была включена в ее состав.
Полоса 231 СД имела важное тактическое значение в боях за Сталинград. Левым флангом дивизия прикрывала берег Волги со стороны Томилино, а центром и правофланговыми частями прочно оседлала шоссе Сталинград – Камышин, наиболее удобное для танковых и моторизованных частей противника, для прорыва на Ерзовку и Дубовку. Первоначальные замыслы немецкого командования расширить прорыв вдоль берега Волги на Север потерпели провал с выходом на позиции войск 66-й армии. Позиция южнее Ерзовки была самым коротким путем к северной окраине Сталинграда.
По решению командующего Сталинградским фронтом 5 сентября 1942 г. планировался контрудар с севера силами трех армий, державших фронт между реками Дон и Волга. Цель операции: ликвидировать вражескую группировку, прорвавшуюся к Волге, и соединиться с войсками 62-й армии в районе Сталинграда. В этой операции вместе с другими соединениями 66-й армии принимала участие 231 СД. Она была включена в ударную группировку, созданную по решению командующего 66-й армии. В состав группировки вошли три стрелковых дивизии: 231, 299, 120, а также стрелковый полк 64-й СД, усиленные тремя танковыми бригадами, минометными и артиллерийскими полками .
В полосе наступления дивизии противник занимал выгодные боевые позиции. Захваченная им местность была господствующей и позволяла просматривать нашу территорию на глубину до 15 км. Боевые порядки дивизии были видны как на ладони. В то же время с нашей территории просматривалась незначительная часть обороны противника, занимаемая боевым охранением и траншеями первой линии. Над всей местностью господствовала высота 129,6 , которую фашисты превратили в сильный узел обороны и сосредоточение артиллерийских наблюдательных пунктов. Все передвижение стрелковых частей и сосредоточение их для атаки было возможно лишь по нескольким балкам, которые проходили параллельно линии фронта и заканчивались с выходом к Волге. Для того, чтобы наступающим частям достигнуть траншей врага, первой линии приходилось сосредотачиваться на исходном рубеже атаки, удаленном на сотни метров от оборонительных сооружений, преодолевать это расстояние, лишенное укрытий для наступающих, под воздействием плотного и хорошо организованного огня противника.
Наступательная операция готовилась в большой спешке. Не хватало времени на разведку противника и систем его обороны. Уральцы, с детства привыкшие к лесистой местности, непривычно чувствовали себя в открытой степи.
5 сентября 1942 г. в 9 часов, после непродолжительной артподготовки, стрелковые части дружно поднялись в атаку. Развернувшись в цепи, во взаимодействии с 10-й танковой бригадой они бросились на штурм оборонительных позиций врага, несмотря на его яростный огонь. 231 СД вела боевые действия против частей 3-й моторизованной и 16-й танковой дивизии фашистов, укомплектованных отборными головорезами. Гитлеровское командование вызвало на помощь авиацию. Над полем боя появились крупные группы пикирующих бомбардировщиков Юнкерс – 7. В полосе дивизии не было зенитных средств борьбы, не появлялась в небе и советская истребительная авиация. Самолеты врага без всякой помехи прицельно бомбили боевые порядки дивизии. Для психического воздействия на наступающих, они пикировали с включенными сиренами. Десятки людей падали под осколками бомб и снарядов, но оставшиеся в живых продолжали упорно наступать на врага.
Уральцы совместно с 10-й танковой бригадой прорвали передний край обороны противника, захватили высоту 129,6 и начали продвигаться вглубь обороны фашистов в сторону Сталинграда. Однако успех наступления не удалось развить и закрепить. Мощная контратака гитлеровцев танками и пехотой вынудила приостановить наступление. После боя, длившегося несколько часов, при поддержке авиации, врагу удалось ликвидировать вмятину в обороне. Части дивизии отошли к вечеру на исходные позиции.
В этот день другие соединения ударной группы 66-й армии не выполнили поставленной боевой задачи, не сумели даже прорвать оборону противника.
На следующий день наступательные действия на участке дивизии и всей армии возобновились. Немецко-фашисткое командование приняло срочные меры по укреплению обороны, подтянуло резервы. Снова воины дивизии штурмовали высоту 129,6. Высота находилась в полосе наступления 607 СП, которым командовал майор Баженов. Справа, вдоль шоссе Сталинград-Камышин наступал 623 СП. Само шоссе, как наиболее танкоопасное направление прикрывали батареи 423 истребительно-противотанкового дивизиона. Трудно описать бои в районе высоты во время атак наших воинов. Фашистская авиация группами 30-40 самолетов непрерывно бомбила боевые порядки дивизии. Артиллерия и минометы врага вели интенсивный обстрел наступающих частей, не замолкал треск автоматов и пулеметов врага. В этих боях погибло много солдат и офицеров, в том числе и командир полка майор Баженов.
В боях под Ерзовкой и в последующих кровопролитных боях мужественно, с нечеловеческой нагрузкой трудился медицинский персонал дивизии. Военные врачи, санитары, сестры самоотверженно вели борьбу за жизнь раненых. Выносили тяжелораненых солдат и офицеров с поля боя, оказывали им первую медицинскую помощь, вели регистрацию и организовывали эвакуацию в тыловые госпиталя на излечение раненых. Приток раненых был огромен. Бывший командир санитарной роты 607СП Растригин Петр Матвеевич вспоминает, что ему, молодому в то время командиру, в боях под Ерзовкой пришлось принимать раненых из всех трех стелковых полков дивизии. В оврагах, где размещалась санрота, после четырех суток боев не на жизнь, а на смерть, скопилось лежачих раненых 1500 человек. «Я не спал четверо суток, оказывая помощь раненым. В конце четвертых суток от нервного перенапряжения у меня повысилась температура 40,5 градуса». Медсанбат четверо суток вывозил раненых из полков дивизии. П.М. Растригин вспоминает, что «11 сентября в 12 часов дня мою санроту бомбили фашистские пикирующие бомбардировщики Ю-87. Многие раненые солдаты и офицеры были убиты или дополнительно покалечены этой варварской бомбежкой».
С предельным напряжением всех физических и духовных сил боролись за жизнь раненых работники медсанбата. Медсанбат дислоцировался в районе Дубовки. Туда эвакуировали из всех частей дивизии. Врачи, санитары, медсестры работали, забывая о физических границах рабочего дня. Почти не оставалось времени для сна и приема пищи. Тысячи раненых с окровавленными повязками ждали своей очереди для получения первой помощи и отправки в тыловые госпиталя для излечения. Раненых приходилось размещать на открытом воздухе в балке. Негде было укрыться от палящего дневного солнца, от роя мух, слетавшихся на запах крови, от жажды. Работники медсанбата сами валились с ног от усталости, недосыпания и нервного перенапряжения.
Участница этих событий Карабинюк Т. И. вспоминает, что были периоды, когда медперсонал сутками не отходил от перевязочных и операционных столов, оказывая помощь раненым. Их кормили на местах, не отходя от раненых. Хирурга Белослудцева В.Ф. однажды, после двухчасового перерыва нашли спящим среди умерших. Он был в таком состоянии, что не заметил, куда упал спать. Каждый день работы под бомбежками был равен подвигу воинов, сражавшихся на передовой.
Очень трудным делом была эвакуация раненых. Медсанбат не имел своих машин и эвакуация больных производилась на машинах, принадлежащих разным частям, едущим в тыловые районы. По этой причине в медсанбате скопилось большое число раненых, предназначенных для эвакуации.
19 сентября 1942 . фашистские пикирующие бомбардировщики подвергли массированной бомбежке медсанбат и его окрестности, где скопились тысячи раненых. Фашистские выкормыши сбросили сотни бомб на беззащитных раненых, расстреливали их из пушек и пулеметов. Это была жуткая картина, относящаяся не к боевым действиям, а к разряду бандитских акций, совершенных 4-м воздушным флотом гитлеровцев. Этим флотом командовал Рихтгофен, имевший в гитлеровской Германии славу легендарного героя, особенно прославившегося чудовищной жестокостью бомбардировок городов республиканской Испании, а позднее городов нашей Родины, в том числе, Сталинграда. Этот военный преступник был «красным бароном» в прямом смысле, ибо с головы до пят был облит кровью беззащитных людей из числа женщин, детей, стариков, раненых, т.е. тех, с кем ели его верные последователи военные действия, запрещенные Международной Женевской Конвенцией.
В балке, где расположился медсанбат, не было укрытий. Раненые находились в скученном состоянии. Очень много было таких больных, которые не могли передвигаться. При налете раненые пытались рассредоточиться, отползти в поисках хоть малейшего укрытия. В самолеты никто не стрелял, не мешал им прицельно бомбить. Гитлеровские летчики, упиваясь безнаказанностью, превратили район медсанбата в кровавую смесь земли и растерзанных тел, в гигантское кладбище, где погибли сотни раненых советских бойцов.
Эта кровавая жестокая акция фашистов стала широко известна в дивизии и вызвала ответную реакцию ненависти и презрения к врагу, к гитлеровским захватчикам. Расчет гитлеровского командования на испуг дал противоположные результаты. Бойцы стали вести борьбу с авиацией противника, используя все средства, включая стрелковое оружие и ПТР.
Об обстоятельствах налета еще раз напомнил 36 лет спустя на встрече ветеранов 231 СД свидетель этого события, бывший ведущий хирург 223 медсанбата Белослудцев Владимир Федорович .
Следует отметить, что бомбежка раненых санроты и медсанбата не были случайными изолированными фактами. Авиационное нападение на места скопления раненых было системой в действиях 4-го воздушного флота на Сталинградском фронте. Враг систематически бомбил и расстреливал огнем пушек и пулеметов железнодорожные эшелоны с ранеными, средства водного транспорта, минировал фарватер Волги, систематически нападал группами и одиночными самолетами на автомобили, занятые перевозкой раненых.
Бои под Ерзовкой были для дивизии наиболее тяжелыми и кровопролитными. В.Ф. Белослудцев вспоминает, что в 231СД много мобилизованных было из Оханского района Пермской области, особенно из Дубровского сельсовета. Так, в учебном батальные их насчитывалось 800-850 человек. После боев под Ерзовкой осталось в строю всего около 45 его земляков.
Уральцы с рождения привыкли к лесной местности. Никто не готовил личный состав к боевым действиям в южнорусских степях. Поэтому умение ориентироваться в степи, скрыто передвигаться, умение использовать рельеф местности в бою добывались постепенно и немалой кровью. Противник был не в лучшем положении, но он имел ряд преимуществ, особенно в танках и авиации, отражая атаки с заранее подготовленных позиций. Он буквально засыпал минами и снарядами наступающие цепи. Рев моторов, трескотня пулеметов, грохот разрывов снарядов и бомб сливались в общий гул. Солнце меркло в пыли и в дыму, делалось багрово-красным, воздух наполнялся пылью и пороховой гарью так, что с непривычки дышать было трудно. Бои шли днем и ночью подряд несколько суток. От разлагавшихся трупов было еще труднее. Сентябрь стоял знойным. Находясь вблизи Волги, бойцы испытывали жажду. Земля потрескалась, была тверда как бетон. Ранцевой лопатой было невозможно отрыть окоп. В ход шли ножи и даже штыки. Позиции менялись каждую ночь, и каждый раз - новое окапывание под непрерывным огнем противника.
Обескураживало и огорчало солдат отсутствие зенитного прикрытия. От массированных ударов фашистской авиации дивизия несла большие потери в людях и технике. Стрелковые подразделения стали отвечать одиночным и групповым огнем гитлеровским летчикам.
В первой декаде сентября над фронтом дивизии впервые появились восемь самолетов ИЛ-2. Построившись в боевой порядок, они начали штурмовать с небольшой высоты передний край обороны врага. Их появление вызвало у солдат и офицеров такой энтузиазм, что многие покинули окопы, вылезли на бруствер и с криками приветствовали летчиков, бросая вверх пилотки, поднимая руки с оружием. Штурмовики подняли такую высокую стену пыли и дыма на переднем крае фашистов, что сами были плохо различимы на бреющем полете в этой пылевой завесе.
Огонь по нашим штурмовикам со стороны фашистов вела малокалиберная зенитная артиллерия. Над пылевой завесой постоянно вспыхивали серии разрывов. Кончился налет всеобщим огорчением. От прямого попадания зенитного снаряда один самолет на глазах всей дивизии взорвался в воздухе. Все остро переживали гибель нашего летчика.
На другой день семь штурмовиков снова появились над расположением дивизии. Они зашли с тыла, развернулись в боевой порядок в тылу дивизии и сделали один или два захода, штурмовав балку, в которой размещался штаб дивизии. Затем, по-видимому, предупрежденные с земли, направились в сторону переднего края, несколько раз штурмовали оборону фашистов и улетели на аэродром. Ошибка летчиков морально травмировала солдат и офицеров дивизии и показала неумение взаимодействовать с авиацией на поле боя. После этого случая лишь спустя месяц наша авиация появилась на участках соседней дивизии.
В ожесточенных боях под Ерзовкой 231 СД понесла очень ощутимые потери, особенно в личном составе. Мы не имеем данных о потерях врага на противостоящих участках, но они тоже были, по-видимому, внушительными. Определенный интерес с точки зрения плотности огня противника и потерь дивизии представляют подсчеты, произведенные на поле боя бывшим комиссаром противотанкового дивизиона А.В. Поплаухиным . Результаты этих подсчетов он воспроизвел в своих воспоминаниях, присланных совету ветеранов 231 СД.
Убитых в районе Ерзовки было так много, что их не успевали хоронить. На каждый километр фронта приходилось до 400 трупов. На участке, шириной в один километр и длинной от Ерзовки до высоты 129,6 в один день насчитывалось 320 трупов. На каждом кв. метре было 50-60 осколков от снарядов и бомб и около 40 пуль.
Интересно сравнить эти цифры с подсчетами, которые приводятся в книге В. И. Чуйкова «Сражение века». Как известно, местом самых ожесточенных боев за Сталинград был Мамаев курган. «После войны подсчитали, что на каждый кв. метр на Мамаевом кургане приходилось более тысячи осколков от мин и снарядов. Земля была перемешана с железом и свинцом» .
В ночь с 9 на 10 сентября дивизия меняла боевой рубеж. Части скрытно, под покровом ночи совершили переход на новые позиции в сторону правого фланга армии. В новой полосе снова развернулись жаркие бои. Один из эпизодов этого боя рассказывается в воспоминаниях бывшего солдата 607 СП, служившего во взводе пешей разведки. Приведем отрывок из его воспоминаний с незначительными сокращениями: «К утру мы оказались на незнакомой местности, противника изучить не успели. Видны были следы недавнего боя: поле было усеяно трупами наших бойцов, разбитой техникой, снаряжением. Местность была совершенно открытой, даже трава выгорела от снарядов. Все это действовало угнетающе. Нашему взводу разведки была поставлена задача: скрытно подползти к господствующей на местности высотке и внезапным ударом овладеть ею. На исходном рубеже часов около 10 10.09.1942 г. командир взвода поставил задачу каждому отдельно. Не знаю почему, именно мне он сказал: «Умирать будем без музыки, надеяться не на кого. Полка уже не существует». Судя по выражению, настроение у него было очень подавленным. Мной овладело какое-то неприятное тупое чувство, особого страха не было. Мы не понимали сложность задачи. Шансы на жизнь и успех были ничтожны. Мы обнялись, обменялись адресами.
Доползли до установленного рубежа, приготовились для броска. Но лишь только поднялись с винтовками наперевес с примкнутыми штыками и бросились вперед, как в ту же минуту попали под свинцовый ливень. Кто хоть раз побывал под пулеметным огнем, тот знает, что это такое. Залегли, открыли огонь, продолжали ползти вперед. Послышались стоны раненых. Кто-то крикнул: «Лейтенант убит!» и в это время послышалась команда «Вперед!». Невольно я оглянулся назад. Командира взвода не было видно, но невдалеке, приподнявшись на локоть левой руки и правой указывая в сторону противника, эту команду подавал один из наших солдат Асламов. Именно в это мгновение он был сражен вражеской пулей.
Враг открыл сильный артиллерийско-минометный огонь. Снарядов не жалел. Все тонуло в грохоте взрывов. Пыль от разрывов заволокла видимость. В это время я почувствовал тупой удар в левое плечо. Рука перестала быть послушной, горячая струйка потекла по телу, и я понял, что ранен.
Когда обстрел несколько утих, и улеглась поднятая взрывами пыль, рядом со мной кроме трупов никого не было. На зов никто не отозвался. Стоило пошевелиться, как следовала автоматная очередь. Снова начался обстрел, но уже левее от меня, и снова пыль заволокла обзор. Под этим прикрытием я пополз назад в направлении исходного для наступления рубежа. На пути встретил две глубоких воронки, где намерен был укрыться. Глазам открылась страшная картина: в воронке были обезображенные наши солдаты. Одного из них – Минеева, я опознал. Похоже, что они, будучи ранеными, укрылись в воронке, и туда угодила мина. Во второй воронке сержант Максема, сам весь окровавленный, кого-то перевязывал. Увидев меня, он по-украински крикнул: Юхыменко (вместо Ефименко), живый? А казали, що убит. Повзи в укрытие, бо убьють!»
Я продолжал ползти и по пути увидел еще одного своего солдата. Фамилии его не помню. Он был весь забинтован и полз, но автоматные очереди на моих глазах оборвали ему жизнь. Прополз я метров 150 и свалился в овраг. Здесь я увидел сидящего у кустика солдата. Это казался друг детства Ванька Удод, раненый в живот. Санитары помогли добраться до санчасти, где было очень много раненых, но своих я больше не встретил. Здесь нам была оказана медицинская помощь.
Из оврага нельзя было высунуться, все простреливалось. Приближались сумерки, мучила жажда, какой-то офицер объявил: «Всем, кто может двигаться – прорываться мелкими группами в тыл». Под покровом ночи мы преодолели (кто шел, кто полз) простреливаемый участок, направляясь в тыл. Может быть, это и предопределило мою военную судьбу: будь я ранен в ноги, уйти не смог бы. Один лейтенант, раненый в обе ноги, здесь же покончил с собой выстрелом из пистолета в висок» .
Этот эпизод коллективного подвига солдат и командира взвода разведки является типичным и для других подразделений дивизии. В боях с фашистскими захватчиками западноуральцы проявили высокую верность солдатской присяге. Они, казалось порой даже в безвыходном положении, сражались до конца мужественно, презирая смерть ради победы. Они сражались как подобает защитникам Сталинграда. Можно сказать, что и к ним относятся слова Маршала Советского Союза В. И. Чуйкова: «Мы, живые участники боев за Сталинград, свидетельствуем, что здесь наши воины не знали страха в бою, не отступали перед смертью, что даже мертвые не выпускали из своих рук оружие, сраженные падали головой на Запад» .
К середине сентября 1942 г. обстановка на основном направлении Сталинградского фронта сильно осложнилась. Фашистские войска подошли к северным окраинам Сталинграда и навязали бои за заводские поселки Красный Октябрь и Баррикады. С 13 сентября начались бои на городских рубежах обороны. 66-я армия, помогая защитникам города, перешла к тактике нанесения контрударов по врагу своими соединениями на флангах. В этих операциях принимала участие 231 СД. Маршал К.К. Рокоссовский так писал об этой тактике в книге «Солдатский долг»: «При малейшей попытке усилить нажим на защитников Сталинграда наши части переходили в наступление, с тем, чтобы облегчить положение 62-ой и 64-ой армий, оборонявшихся в самом городе. Этим отвлекали на себя значительную часть сил противника и вынуждали его держать в междуречье свою основную группировку. Опасаясь удара в тыл войскам, действующим против Сталинградского фронта, гитлеровское командование сосредоточило в Междуречье наиболее надежные немецкие соединения»..
В последней декаде сентября развернулись особенно упорные бои на правом фланге 66-ой армии в районе поселка Кузьмичи, вдоль железной дороги и балки Конная. В этих жарких боях участвовала 231 СД. В наступательной операции она взаимодействовала с 91-ой танковой бригадой, которой командовал полковник И. И. Якубовский. В военных мемуарах, изданных в 1975 г., маршал описывает этот памятный бой. «У разъезда Конный нашей бригаде пришлось вести за собой пехоту 231 СД. После короткой артподготовки танки устремились вперед, а вслед за ними и пехотинцы. Однако с самого начала у нас произошла заминка. Некоторые танки вдруг остановились, продолжая вести сильный огонь с места. Пехота тоже залегла. Атака стала терять силу. Вместе с командиром стрелковой дивизии на НП мы это видели и терялись в догадках, что могло случиться?..
Решили с комиссаром бригады лично выяснить причину остановки танков…»
Эта причина заключалась в том, что наша артиллерия во время артподготовки не сумела подавить противотанковые средства противника, и танкам не удалось пробиться вперед.
Артиллеристы и минометчики дивизии сражались с врагом мужественно, с большим мастерством. Губительный для врага огонь батареи 1041-го артиллерийского полка был на глазах всей дивизии. Его наблюдали пехотинцы с исходных для атаки рубежей. В артполку были офицеры, виртуозно владевшие искусством стрельбы, умевшие точно поражать цели. Полковые, противотанковые батареи действовали в боевых порядках стрелковых подразделений, вели огонь прямой наводкой под обстрелом и бомбежками врага.
Но главная огневая сила дивизии не всегда использовалась на всю мощь. Это обстоятельство объясняется двумя основными причинами: во-первых, артиллеристы и минометчики дивизии испытывали хроническую нехватку боеприпасов. Они сидели на голодном пайке очень часто. Во-вторых, наступательные операции дивизии проводились в большой спешке и часто без серьезной артиллерийской разведки, артиллеристы слабо знали цели на переднем крае обороны противника. Поэтому артподготовка проводилась накоротке и не всегда достигала цели. Артиллеристы и минометчики часто подавляли второстепенные цели, оставляя нетронутыми огневые средства противника, игравшие ключевое значение в его обороне. Из-за ограниченного количества боеприпасов артиллерийские и минометные батареи подчас не могли эффективно поддерживать атаку пехоты и танков при прорыве переднего края. Бывали случаи, когда ни один калибр минометов, пушек и гаубиц дивизии не имел в наличии полного боекомплекта. Обеспеченность боеприпасами едва соответствовала задачам пристрелки одной-двух целей. Пушки калибра 76 мм были самыми распространенными в дивизии и подчас обеспечивались 0,5 боекомплекта. Если учесть, что боекомплект 76-мм орудия составлял 40 выстрелов, то на каждую пушку в дивизии приходилось 20 выстрелов. При дальности стрельбы до 4-х км такое количество боеприпасов самого массового калибра обеспечивало пристрелку одной цели.
«К концу сентября 1942 г. противник втянул в сражение все свои силы, а намеченной цели не добился» .
В сентябре месяце дивизия с боями проделала путь от берегов Волги до правого фланга 66-ой армии. В конце сентября или первых числах октября она начала движение на рубеж балки Родниковой и в последующее время до начала ноября двигалась по боевым рубежам в сторону левого фланга армии.


С 1 октября 1942 г. участок Сталинградского фронта, занимаемый 66-й армией, отошел в полосу вновь образованного Донского фронта под командованием генерал-лейтенанта К. К. Рокоссовского. 231 СД оказалась в составе Донского фронта. В первой декаде октября дивизия вела жаркие бои в районе кладбища танков. Этот участок в мемуарах К. К. Рокоссовского называется «танковым полем».
«После ожесточенных боев там осталось много подбитых танков – и немецких и наших. Бойцы такой рубеж прозвали танковым полем. Это был крепкий орешек. Под сожженными машинами гитлеровцы вырыли окопы. Мертвые танки превратились в трудно преодолимые огневые точки. Штурм их нам стоил очень дорого» .
На этом рубеже противник широко применял такой тактический прием как обстрелы из пулеметов боевых порядков дивизии в темное время суток. Обстрел был обычно приурочен ко времени, когда начиналось наиболее интенсивное передвижение в расположении дивизии. Под покровом темноты шла раздача ужина, переброска боеприпасов, производились работы по проводке телефонной связи, инженерное оборудование рубежей и т.д. Используя трассирующие пули, вражеские пулеметчики в дневное время пристреливали намеченные районы, а ночью вели интенсивный обстрел этих участков. Для укрытий вражеские пулеметчики широко использовали подбитые танки. Обстрел был слепым, велся наугад, по площадям, но выводил из строя за ночь по нескольку десятков человек в каждом стрелковом батальоне. Для борьбы с ночными обстрелами принимались разнообразные меры, в том числе и стрельба орудий прямой наводкой по вспышкам выстрелов.
Октябрьская наступательная операция 66-ой армии была последней операцией, в которой участвовала 231 СД. Наступление началось холодным пасмурным утром 20 октября 1942 г. К тому времени дивизия была сильно обескровлена. В оперативном построении 66-ой армии ей было отведено место во втором эшелоне в районе балки Черемушная.
В октябрьских боях 231 СД понесла новые потери. Численность ее личного состава стала незначительной. По оценке ветеранов 231СД, которой выпало на долю пройти весь путь до конца, численность соединения к моменту расформирования сократилась с первоначальных пятнадцати тысяч солдат и офицеров и составляла не более 600 человек. Разумеется, в этом оценочном показателе неизбежны субъективные моменты, но все же эта цифра грубо и приблизительно дает общее представление о состоянии дивизии. Ветеран 231 СД Воскобойников Георгий Михайлович, служивший пропагандистом 607 СП, свидетельствует, что из 3250 человек личного состава 607 СП, полностью укомплектованного накануне боев людьми согласно штата, к моменту расформирования дивизии в строю осталось 65-70 человек солдат и младших командиров минометчиков, артиллеристов, связистов и других специальностей .
В результате того, что стрелковые полки и батальоны были малочисленными, возник большой недокомплект в командном составе. В отдельных подразделениях выбыли все офицеры и командирские обязанности пришлось переложить на сержантский состав. Боеспособность дивизии резко снизилась в связи с крупными потерями в партийном и комсомольском составе. Именно эта часть офицеров и солдат цементировала коллектив дивизии, собственным примером вела в бой основную массу бойцов. За время ожесточенных сражений дивизия не пополнялась людьми, но она не была исключением. Пополнения не поступали и в другие части 66-ой армии.
От дивизии по существу остался один номер. Ее нужно было выводить в тыл на пополнение. Однако обстановка на фронте делала нецелесообразным такое мероприятие. Уже с сентября Ставка Верховного Главнокомандования начала подготовку контрнаступления. Она концентрировала силы и средства для сокрушительного удара под Сталинградом. Создавались необходимые резервы, накапливались боеприпасы, горючее для завершающего удара по врагу, а людские пополнения и боевая техника направлялись в те армии, которые должны были действовать на главном направлении, т.е. на участках прорыва. 231 СД и другие соединения 66-й армии на начальном этапе контрудара оказались в стороне от главного направления. 66-я армия получила задачи во фронтовой операции не на прорыв обороны противника, а на сковывание и удержание главной группировки фашистских войск. «Поскольку 66-я армия, - пишет в мемуарах К.К. Рокоссовский, - никаких дополнительных средств усиления не получила, ей было приказано лишь сковывать противостоящие вражеские части. Она к таким действиям привыкла. Задача нелегкая, и, прямо скажем, неблагодарная. Но на войне часто приходится прибегать к такому характеру действий. Бедные командиры, на долю которых выпадает эта участь, затрачивают энергии подчас больше, чем те, что наступают на решающем направлении. И притом без всякой перспективы отличиться!
Плохо, когда такие обстоятельства не учитываются командованием. Мне скажут, что подобного рода рассуждения относятся к области психологии. Но военачальник должен быть хорошим психологом, уметь понимать переживания солдата. Справедливая оценка действий каждого командира, его подчиненных с учетом всех трудностей, выпавших на их долю, воодушевляет людей, укрепляет их веру в свои силы» .

Генеральный штаб счел нецелесообразным выводить 231 СД на переформировку. Последовал приказ расформировать дивизию и остатки ее частей влить в другие соединения 66-й армии. 6 ноября 1942 г. 231 СД была расформирована. Личный состав стрелковых полков, артполка и противотанкового дивизиона был передан 166-й СД. 339-й отдельный саперный батальон был переведен в состав 84-й СД.
Указанные части сражались под боевыми знаменами этих соединений до окончания контрнаступления, и после разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом были расформированы. 283-й медсанбат в период контрнаступления выполнял свою боевую работу в составе 66-й армии. С окончанием Сталинградской битвы на него временно была возложена большая санитарно-профилактическая работа с пленными гитлеровцами. Личный состав медсанбата проявил гуманность и внимание к пленным, многие из которых были обморожены, ранены и страдали от простудных заболеваний. Приказ был выполнен. На базе медсанбата был создан полевой передвижной госпиталь. Факт расформирования дивизии может породить иллюзию, что причиной расформирования могла быть потеря боевого знамени соединения. Такие предположения имели место. Но они являлись величайшей ошибкой. 231 СД от начала и до конца боевого пути с несгибаемым мужеством сражалась под своим боевым знаменем. Она его не теряла и за все время боев не запятнала своего знамени потерей ни одного метра защищаемой советской земли.
Маршал В. И. Чуйков дал высокую оценку мужеству солдат и офицеров войск, сражавшихся за Сталинград в междуречье Дон-Волга: «Я склоняю голову перед мужеством солдат и офицеров1-ой гвардейской, 24-ой, 66-й армий, которые вступили в бой под Сталинградом прямо с пятидесятикилометрового марша, не ожидая полного сосредоточения стрелковых дивизий и артиллерии» . Эта беспристрастная и высокая оценка выдающегося советского военачальника полностью относится и к воинам 231 СД, сражавшейся в Великой битве на Волге».


По поручению Совета Ветеранов 231 стреловой дивизии, бывший начальник штаба 423 отдельного истребительно-противотанкового артиллерийского дивизиона:
Терентьев Н. Н. апрель 1978 год

С подлинным верно Н.И. Томаш, руководитель исторической секции совета ветеранов войны и труда.

Виген Прозоров
Сообщения: 6
Зарегистрирован: 15 июн 2015, 17:20

Re: Н.Н. Терентьев-Боевой путь 231-й стрелковой дивизии (из восп

Сообщение Виген Прозоров » 15 июн 2015, 17:32

В мае 1983г. пермяки, (в т.ч. и соликамцы - 16 человек)
ветераны 231 стр. дивизии 66-й Армии посетили места былых кровопролитных боев, где им пришлось вызвать"огонь на себя", чтоб отвлечь часть сил фашистской армии и тем самым ослабить натиск на Сталинград.
Под впечатлением этих событий, ветеран 623 СП 231-й СД, житель города Березняки, бывший учитель - Иван Павлович Панарин написал стихотворение:

Ерзовская земля

Мы шли вперёд: кто с автоматом, кто с винтовкой
Земля гудела от разрыва мин
И падали, сраженные солдаты под Ерзовкой
Средь балок, впадин и равнин.

Немногим довелось живым остаться,
Вернуться к женам, детям, матерям
Погибшие во сне нам только снятся.
Чтобы вернуть нас к тем суровым дням.

И вот мы здесь, над скромною могилой
Склонили головы и слёзы на глазах,
А память воскрешает с новой силой
Всё то, что было сорок лет назад.

Седая женщина нашла здесь в списках мужа,
Другая - горсть земли взяла с собой,
Солдат окоп бывалый обнаружил
Другой указывал откуда шли мы в бой.

Ерзовская земля взяла в свои объятья
Героев-пермяков, отдавших жизнь свою
За нашу Родину, за наше счастье,
Чтоб Мир предотвратил кровавую войну!..


Вернуться в «Великая Отечественная Война»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость